Братья

Братья
Рик Вульф

Восемь лет назад…
-Мне очень жаль, что именно я принесла вам эту новость, – сказала Хида Рохитеки. – Ваша мать сама хотела сообщить вам, но вы должны понимать… она не может покинуть передовую. Война все-таки.
Куон молчал. Он предпочитал, чтобы за него говорил брат.
Курода был достойнее, как ни крути, он гораздо больше походил на Отца, такой же башковитый, все всегда схватывал на лету. Вот и сейчас, уловив настроение брата, Курода кивнул и вышел вперед.
-Благодарю тебя, Рохитеки-сама, – сказал он тихо.
И хотя лицо его оставалось спокойным и невозмутимым, Куон мог бы поклясться, что его брат переживает не меньше его самого. А может быть, и больше. Ни для кого не было секретом, что Курода всегда был папенькиным сынком, а сам Куон чувствовал себя ближе к матери.
-Кто это сделал? – тихо спросил Куон. – Кто убил нашего отца?
-Неизвестно, – ответила Рохитеки. – Ясамура-сама убил вражеского генерала, после чего армия спиритов была фактически разгромлена. Битва Утопленной Чести (Battle of Drowned Honor) осталась за нами, когда в его горло вонзилась стрела. Он скончался сразу, чуть позже его помощники позволили нам завладеть Риоко Овари, вытеснив оттуда армию Хантея.
-Мы даже не знаем имени убийцы? – удивился Куон. Им постепенно овладевала ярость, сдерживать которую было все труднее и труднее. – Как же мы тогда сможем отомстить за смерть отца? Ведь мы, оказывается, даже не знаем, кому мстить!
-Мы будем продолжать сражаться, – сказал Курода, глядя на брата с печальной улыбкой. – Отец, я думаю, согласился бы со мной. Крабы не созданы для мести. Месть мешает исполнению долга. Кроме долга для нас не существует ничего. – Курода махнул рукой в сторону Теневых Земель. – Неужели ты сойдешь со Стены и оставишь Империю на произвол судьбы только для того, чтобы вонзить свой клинок в убийцу отца?
Куон пожал плечами.
-Я всего лишь один самурай, Курода, один из многих. Стена не падет без меня.
-Любой из нас может так сказать, брат, – терпеливо возразил Курода. – Любой из нас – “всего лишь один самурай”, но пока мы стоим плечом к плечу, мы – Краб.
Куон закрыл глаза. Какое-то время он сидел так, неподвижно, молча. Наконец кивнул, соглашаясь. Он чувствовал, как ярость постепенно угасает в нем. Она всегда отступала, встретившись с мудростью его брата.
-Ты прав, Курода, – сказал он с болью в голосе. – Как всегда прав.
Рохитеки незаметно удалилась, оставив близнецов наедине с их горем.

Настоящие дни
Хида Куон сидел в тени массивной наблюдательной башни, пристально вглядываясь в бесчисленные огни, вытянувшиеся вдоль Стены Кайу. Всего три дня назад эту башню занимали силы Темного Господина, теперь она снова принадлежит Крабу, хотя заплатить за нее пришлось дорого. Вертя меж пальцев маленькую деревянную фигурку, прикусив нижнюю губу, он в какой уже раз обдумывал план предстоящей битвы. Заслышав приближающиеся шаги, он обернулся, его темные глаза сверкнули отраженным пламенем факела.
-Господин Куон, – прошептал мягкий голос.
Стройная фигура выплыла из темноты, легкая броня была изуродована недавним боем. Даже здесь, далеко позади передовых позиций Краба, она держала в руке топор с длинной рукоятью.
-Коничива, Рейха-сан, – поприветствовал ее Куон.
Хида Рейха задумчиво посмотрела на него.
-Кийоши видел, как ты вышел из своего шатра. Охрана не имеет ни малейшего представления, куда ты отправился, они уже начинают беспокоиться. Я… я же знала, что ты пойдешь именно сюда.
-Мой брат погиб здесь, – тихо сказал Куон, крепко сжав деревянную фигурку в руке. – В тоннеле под этой башней.
-Никогда бы не подумала, что ты относишься к тем, кто живет прошлым. Душа твоего брата смотрит на нас из Йоми. Честь ему и хвала, но нам надо продолжать бой.
-Курода, – печально сказал Куон, посмотрев на Рейху со слабой улыбкой. – Он всегда был неравнодушен к тебе, ты же знаешь. Не могу осудить его. В тебе сочетается сила Краба и грация Журавля. Сталь, обернутая в шелк; цветок, распустившийся в сердце Теневых Земель.
Рейха, казалось, была несколько смущена.
-Благодарю тебя, мой господин, – сказала она, – но поэзия не твой конек.
-Это правда, – охотно согласился Куон, – но я не вижу ничего предосудительного в своей откровенности. Быть может завтрашний день станет для нас последним. Планы составлены, оружие подготовлено. Нам остается только ждать да наслаждаться выпавшей передышкой.
-Рада, что ты пришел в себя, – усмехнулась Рейха. – Пойду скажу остальным, что с тобой все в порядке.
Она развернулась и пошла обратно, на мгновение задержалась, обернулась и крикнула:
-Увидимся в лагере, Господин Куон.
Куон поклонился ей с улыбкой, но улыбка эта увяла как только Рейха скрылась из вида. Он снова прислонился к башенной стене, плечи его поникли, в глазах появилась боль. Он взглянул на грубую фигурку, что держал в руке. Сделана она была неумело и лишь отдаленно напоминала Фукурокудзин, божка мудрости. Статуэтка пребывала не в лучшем состоянии, одна рука уже отвалилась, лицо пересекли глубокие царапины. И все же, Куон узнал ее с первого взгляда. Именно эту фигурку он дал своему брату чуть больше года назад, незадолго до того, как они переехали в Зимний Дворец. Когда башня снова перешла под контроль Крабов, Куон нашел эту статуэтку в часовне на верхнем этаже. Тогда все стало ясно.
Курода был жив. Он ушел с теневиками.
-Ох, не завидую я тебе, Куон, – прошептал чей-то голос. – Сложное решение предстоит тебе принять.
Одно молниеносное движение, и вот в руке Куона уже зажато тетсубо. С оружием наизготовку он наблюдал, как буквально из ничего перед ним появился худощавый самурай. На незнакомце была кроваво-красная броня, на его лице лежала боевая раскраска берсеркеров. Сквозь ступни его ног, Куону были видны камни Стены, и свет факела без труда проходил сквозь его доспехи.
-Опусти оружие, – попросил самурай. – Я не причиню вреда.
Он протянул одну руку к Куону, его пальцы были в крови.
-Кто ты? – глубоким басом рыкнул Куон, продолжая держать оружие наготове. Он понимал, что необходимо атаковать или, по крайней мере, позвать на помощь, но что-то удержало его.
-Я твой дядя, – сказал незнакомец. – Меня зовут Сукуне.
-Кагемуша, – пробормотал Куон прищурившись. – Самурай Тени.
-Твоя мать, должно быть, рассказывала обо мне.
-Она говорила, что ты не ширио, но, тем не менее, восстал из мертвых, – сказал Куон. – По мне, так ты не многим лучше йокая или какого-нибудь духа Ста
льной Хризантемы. Что тебе здесь надо?
-Тяжелый ты человек, – усмехнулся немного озадаченный Сукуне. – Весь в мать. Я пришел, чтобы помочь тебе.
-Отлично, – кивнул Куон. – Тогда ищи тетсубо. Я планирую начать атаку за два часа до рассвета.
-Это не совсем та помощь, которую я хотел предложить. Меня ожидает битва посерьезней.
-Да неужели! – нарочито громко рассмеялся Куон. – Разве у Краба есть обязанность поважнее, чем Стена?
-Фу Ленг сбежал из Царства Мертвых, – сдавленно ответил Сукуне. – Пока мы тут говорим, он начинает штурм Небесных врат. Он призвал армию демонов, по сравнению с которой ваш противник не более чем комариный рой.
Сукуне нетерпеливо махнул окровавленной рукой.
-У меня мало времени, племянник. Еще раз повторяю, я пришел помочь и помогу, если только ты перестанешь относиться ко мне настолько враждебно. Загляни в свое сердце, парень, и ты поймешь, что я тот, за кого себя выдаю.
-Понятно, – пробормотал Куон, опуская тетсубо. – Ты… извини меня.
Сукуне слегка кивнул.
-Отлично, – сказал он. – Теперь слушай. Дела обстоят именно так, как ты и думал. Твой страх небеспочвенен. Курода сейчас сражается в Легионах Дайготсу. Он стал одним из Потерянных, но его душу еще можно спасти.
-Его можно спасти?
-Душу, только его душу, – уточнил Сукуне. – Дух его силен. Он взбунтовался против Темного Властелина, понижая силы его армии здесь, у Стены.
Куон невесело рассмеялся.
-Так это брат помог мне вернуть башни? – спросил он, сокрушенно качая головой. – Если настало время, когда сама Орда отдает нам победу, то у Краба, похоже, большие неприятности.
-Ты не видишь своих собственных сил, – возразил Сукуне. – Дайготсу не сумел до конца подчинить себе Куроду только благодаря существующей между вами, братьями-близнецами, связи. Стены удалось отнять у теневиков благодаря мощнейшему слиянию сил: той силы, с которой Курода любит тебя, и той силы, что ты привел под эти стены. Курода, может быть, смог дать тебе шанс, возможность, но именно ты одержал славную победу. Я горжусь тобой, племянник.
-Дайготсу не дурак, – заметил Куон. – Если он и не понимал раньше, насколько трудно будет подчинить Куроду, то теперь уж наверняка понял.
Сукуне кивнул.
-Когда ты снова увидишь Куроду, он уже не покажет прежней слабины. Дайготсу прилагает все усилия, чтобы превратить твоего брата в создание тьмы. Киофу.
-Так как же его спасти?
-Освободить Куроду можно только одним способом – на полях Йоми. Твой брат должен быть убит кем-то, с кем его что-то связывает. Кем-то, кого любит он, и кто любит его.
-Таким образом, это должен быть я, – вздохнул Куон. – Или Рейха.
-Ты думаешь, она пойдет на это?
-Нет, конечно. Она не сможет убить его, в какое бы чудовище он ни превратился. Остаюсь только я.
-Тогда доставай Юругинай, Небесный Меч Крабов, – приказал Сукуне.
Куон отставил свое тетсубо и снял с портупеи катану.
-Я гляжу, прежде ты его не доставал, – заметил Сукуне, протягивая руку к мерцающей поверхности клинка.
-Мне всегда казалось, что я недостоин его, – тихо ответил Куон.
Сукуне улыбнулся.
-Сомнение в себе может быть мощным врагом. Победи его, и все остальное покажется тебе мелочью. – Кагемуша сжал клинок пальцами. Золотое сияние пробежало по оружию. – Я положил свое благословение на эту звездную сталь, оно поможет тебе пробить защиту Киофу. Остальное в твоих руках. Будь сильным, племянник, судьба Краба в твоих руках.
-Спасибо, дядя, – прошептал Куон, не в силах оторвать взгляд от мерцающего клинка.
Ответа не последовало. Когда Куон поднял голову, Сукуне уже исчез.

* * *

Когда Хида Куон вошел в шатер, где собрались его советники, было еще темно. Хида Хитоши стоял в дальнем левом углу, задумчиво жуя какой-то сушеный плод. Хирума Тодори, Кайу Умасу и Хида Сакамото сидели вокруг низенького стола, на котором был разложен детальный план Стены. Они обсуждали план предстоящей атаки. Мирумото Хиосуке, молодой самурай-Дракон, которого недавно обменяли на кузена Хитоши, Хогая, смотрел на офицеров широко раскрытыми любопытными глазами. Ючи Хари, представитель Единорогов, не скрывая своей нервозности, расхаживал по шатру с заложенными за спину руками. Хида Рохитеки и Куни Кийоши сидели с закрытыми глазами в медитации – они воссоединялись с ками. Хида Сунао, боевой товарищ отца Куона, дремал у входа. При появлении Чемпиона Крабов он от души зевнул и сел.
-Хорошо спалось? – усмехнулся Куон, похлопав старого самурая по плечу.
Сунао пробормотал в ответ что-то нечленораздельное. Куон услышал только “слишком рано”.
-Поднимайся, Сунао, пора в бой, – криво улыбнулся Хитоши. – Ты и так долго прожил, не так ли?
-При всем моем уважении, – вставил Хида Сакамото, – Сунао все же где-то прав. Мы держим осаду уже три дня, конца и края этому нет. Никаких существенных сдвигов. Люди утомлены. Выступив так рано, мы вряд ли поднимем их боевой дух. Надо хотя бы до рассвета подождать.
-Согласен, – рыкнул Сунао. – Помереть всегда успеем. Дня вам что ли мало?
-Ритуал не так прост, подготовка займет много времени, – возразил Кийоши. Лицо Охотника За Ведьмами покрывал ослепительно-яркий грим, его непослушные волосы спутались и висели как пакля. – Ками встревожены атакой на Отосан Учи. В равновесии стихий наметился глубокий сдвиг.
-Такого не было со времен открытия Врат Забвения, – добавила Рохитеки. – Знамения Зла.
-Вижу, наши заклинатели не дремлют, – сказал Куон. – Что с нашими войсками на востоке, Умасу?
Лицо даймио Кайу помрачнело.
-Еще прошлой ночью нам сообщали, что нас снова отбросили. Но мой сын скорее похоронит Кайу Широ в огне, чем сдаст его Орде. Если нам не удастся вернуть себе контроль над стеной в ближайшее время, Дайготсу продолжит фактически безнаказанное вторжение в наши земли.
Куон кивнул.
-Я так и полагал. Мы возвращаем себе стену или сейчас, или никогда. Хари-сан, где стоит Баронгар?
Смуглый Единорог улыбнулся, потеребил амулет, свисающий с запястья, и сказал:
-Генерал Ликсуэ ждет распоряжений на южном фронте. Она, как и вся наша кавалерия, просто жаждет насадить на свой клинок кости Потерянных. Ее войска начнут атаку одновременно с вами. Будете готовы выступать, просто дайте сигнал.
-Но она же почти в двух днях пути от нас! – воскликнул Хиосуке. – Это с какой же скоростью вам придется доставить ей приказ?
Хари одарил Дракона снисходительным взглядом.
Тодори рассмеялся:
-Никогда не спрашивай Единорога “как быстро” или “с какой скоростью”. Особенно ребят из семьи Ючи. Это будет воспринято как оскорбление.
-Тодори-сан, – перебил его Куон. – Рад видеть тебя здесь. Признаться, не ожидал, не ожидал…
-Господин Масагаро послал меня, – ответил Тодори с поклоном.
-Как обстоят дела в Замке Хирума?
Тодори ответил не сразу. Когда он встретился взглядом с Чемпионом Крабов, его лицо помрачнело. Куон увидел боль и усталость в глазах разведчика.
-Мы в осаде, – сказал тот. – Повелитель Они, Шикибу, понавел своих тварей под стены замка. Господин Масагаро считает, что долго нам не продержаться.
В шатре повисла тишина. Все глаза обратились на разведчика-Хирума.
-Как же так? – воскликнул Хиосуке. – Тодори-сан, почему вы не сказали нам раньше?
Тодори невозмутимо посмотрел на Куона.
-Потому, – тихо сказал он, – что эта информация предназначалась только для Господина Куона. Масагаро просил вас об одной услуге, мой Господин. Он хотел, чтобы вы поклялись выполнить его просьбу.
-Говори, и я сделаю все, что в моих силах, – с нажимом проговорил Куон. – Клянусь мечом своей матери.
-Масагаро просил тебя не присылать помощь, – сказал Тодори.
-Что? – воскликнул Хитоши, выплюнув на пол вишневую косточку. – Это нелепо! Мы не можем оставить Хирума в беде! Мои воины выступят к замку немедленно! Мы отбросим орду Повелителя Они прочь!
-Да, – согласился Тодори, взглянув на Хитоши с печальной улыбкой. – Но без вашего присутствия здесь, Стена будет навеки потеряна для Краба. Мой род знает свой долг и верен ему.
-Да будь ты проклят, Хирума! – воскликнул Хитоши, сжимая кулаки.
-Это безумие, Тодори, – согласился Умасу. – Мы не бросим твой род в беде.
-Господин Масагаро уже принял решение, – сказал Тодори. – И Куон пообещал выполнить его просьбу.
-Будь ты проклят, Хирума! – повторил Хитоши. Его лицо побагровело от гнева. – Мы же можем помочь вам!
-Нет, – отрезал Куон не терпящим возражений тоном. Он поднялся, приковав к себе взгляды всех, кто находился в шатре. – Тодори прав. Шикибу атаковал Замок Хирума, чтобы отвлечь нас. Главной целью по-прежнему остается Стена. Если мы отвлечемся, если мы не вернем себе Стену, то уже завтра они нападут на другой замок, потом на третий, потом начнут жечь деревни. Орда должна быть отброшена за Стену. Здесь и сейчас.
-Нельзя бросать Хирума, Господин Куон, – сказал Сунао.
-Мы и не бросим, – возразил Чемпион. Он повернулся к Ючи Хари. – Хари-сан, какую магию вы используете для связи с Ликсуэ? Сможете вы использовать ее для связи с другими?
-Разумеется, – кивнул Хари.
-Тогда пошлите весточку в Деревню Доброго Странника. Сообщите Ясуки Дзинн-Куэн, что Замок Хирума в опасности. Попросите его организовать помощь, пусть вышлет отряд бойцов. И чем скорее, тем лучше.
-Слушаюсь, господин Куон, – поклонился Хари.
-Мой господин, – сказал Хитоши. – Дзинн-Куэн не воин. Он чиновник, крючкотвор, занимающийся восстановлением нашей власти над землями Ясуки. В его распоряжении всего лишь несколько придворных зевак да пара купцов. Остальные ушли с нами. У нас нет войск в Деревне Доброго Странника.
-У нас нет, – кивнул Куон. – Но есть у Журавлей.
-Это правда, – спешно подтвердил Сакамото. – Моя разведка докладывает, что сама Дайдодзи Рекай недавно встала там лагерем с отрядом Железных Воинов. Она выполняла распоряжение Сёгуна, дабы проследить за соблюдением перемирия в деревне и ее окрестностях. Она вполне может помочь Замку Хирума.
На лице Хирума Тодори появилась улыбка слабой надежды.
-Вы будете кланяться Журавлям, прося у них помощи, после всего того, что они с нами сделали? – изумленно спросил Хитоши.
-Без колебания, – подтвердил Куон. – Может быть, ты предлагаешь не делать этого и дать погибнуть всему роду Хирума?
-Журавли – такой же враг нам, как и теневики! – закричал Хитоши.
-Ошибаешься, Хитоши! – с угрозой в голосе сказал Куон.
-Они убили твою мать!
Резкий звук удара эхом отдался под сводом шатра. Спустя мгновение Хида Хитоши распростертый лежал на спине, Куон поглаживал свой кастет.
-Моя мать погибла с честью, – процедил он сквозь зубы. – Тебе не следует больше говорить о ней, Хитоши. И помни, Орда – наш настоящий враг. Не заставляй меня напоминать тебе это снова.
Хитоши смотрел на Чемпиона, его лицо медленно заливалось краской стыда.
-Прошу прощения, мой Господин, – сказал он с искренним раскаянием в голосе. – Я был не прав.
-Тобой руководил гнев, – сказал Куон, помогая Хитоши подняться. – Гнев – мощное оружие. Не убирай его, сохрани его для тварей, захвативших Стену. Пришло время выступать. Нас ждет бой.

* * *

Куон шел вдоль Стены. Хаос расступался на его пути, он пробирался к основанию башни. Крабы расходились перед ним, давая дорогу, Орда разбегалась в ужасе. Его тетсубо был покрыт кровью и сукровицей тех, кто не успевал убраться с его пути. Потерянный самурай посмел атаковать Повелителя Крабов. Один взмах тетсубо, и его голова полетела с плеч. Пораженный Порчей самурай повалился замертво с глухим стуком. Куон пинком сбросил его труп со стены и пошел к следующей башне.
Солнце еще не успело подняться над их головами. Жуткая тьма покрывала стены, оранжевая дымка на востоке только начала теснить ее. Огни вражеской башни продолжали ярко гореть, было видно чужого командира у подножия. Куон был почти разочарован, когда ему удалось рассмотреть его. Вместо своего брата он увидел девятифутового огра с зазубренным стволом дерева в руке.
Куону приходилось слышать об этом великане. Звали его Кайобун, был он верховным вождем свободных огров. Мощная тварь стояла над телом поверженного Мирумото Хиосуке, который смотрел на огра холодно, бесстрастно. Куон заметил еще трех огров, неподвижно лежащих поблизости. Дракон неплохо поработал, прежде чем до него добрался Кайобун.
-Далековато ты от дома забрел, Дракон, – прорычал огр. – Думаешь, твоя душа сумеет найти обратную дорогу, когда я убью тебя?
Он замахнулся своей чудовищной палицей.
-Эй, Кайобун! – крикнул Куон. – Может, попробуешь со мной?
Огр оглянулся, его губы растянулись в презрительной усмешке.
-Да никак сам Господин Куон пожаловал, – прорычал он самодовольно. – Признаюсь, ждал этой встречи, очень ждал. Нам есть что обсудить.
-Мне не о чем говорить с тобой, огр, – ответил Куон, медленно приближаясь к противнику.
-Знаешь, мне кажется, Дайготсу совершил большую ошибку, – усмехнулся огр. – Ты сильнее своего брата, и гораздо умнее, чем многие полагают. Ты сделал то, что оказалось не под силу ему. Ты уже вернул себе три башни и вот-вот вернешь себе четвертую.
-Пятую, – поправил его Куон. – Единороги и Кайу атакуют с юга.
-Неплохо сработано, – признал Кайобун. – Уважаю. Теперь, если ты выслушаешь меня, я сохраню твоему любимчику-Дракону жизнь. Я сломал ему ногу, но это поправимо. Заживет.
-Говори, – гаркнул Куон, остановившись в десяти шагах от зверя.
-Твои Крабы, похоже, выиграли бой, но главное испытание ждет вас в последней башне. Самой неприступной из всех шести, что мы заняли. Думаю, ты догадываешься, кто ждет тебя там, правда? – Огр усмехнулся, обнажив ряд острых белых зубов. – Твои буши дорого заплатят, прокладывая туда путь. Но, может быть, нам и не надо сражаться? Я командую отрядами огров здесь, ты же доказал свою силу. Мы, огры, хотим присоединиться к тебе, Хида Куон.
-С чего это ты решил предать Дайготсу? – спросил Куон.
-Он вернул Фу Ленга. Темный Отец наградил мой народ тупостью, он считал нас животными, – прошипел Кайобун. – Нам потребовалась тысяча лет, чтобы только начать преодолевать его заклятие. Я не хочу возвращаться в рабство!
-Отлично, – сказал Куон. – Я приму твое предложение. Но при одном условии.
-Говори.
-Спрыгни со Стены Кайу. – Повелитель Крабов кивнул за край стены. – Останешься жив, пролетев две сотни футов, тогда поговорим. Нет – не обессудь.
Огр нахмурился.
-Ты дурачишь меня, Хида Куон. Я же серьезно предлагаю тебе нашу помощь.
-Нет, – рыкнул Куон. – Никогда не вел никаких делишек с теневиками. И не буду вести впредь.
Огр зарычал и поднял свою палицу, приготовившись раздавить ею раненного Хиосуке. Куон рванулся вперед, с отвратительным хрустом вогнав свое тетсубо в бедро огра. Кайобун упал у стены наблюдательной башни. Он протянул руку и сжал горло Краба мощной пятерней. Куон ухватился за его большой палец и с хрустом вывернул его. Кайобун на мгновение ослабил хватку, и это стоило ему жизни – спустя мгновение его челюсть была раздроблена крабьим тетсубо. Радостный рев поднялся над войском Крабов, когда люди поняли, что вражеский командир пал. Оставшиеся в живых огры начали отступать настолько стремительно, насколько они вообще были способны. Хирума и Хида буши вышибли ворота башни и ворвались внутрь.
Куон повернулся к Хиосуке.
-Насколько тяжело ты ранен, Мирумото-сан? – спросил он.
-Нога сломана. Но если я получу обратно свои мечи, я вполне смогу охранять врата башни. – Он невесело усмехнулся. – Сил хватит, не сомневайся.
Куон подобрал мечи Хиосуке, отброшенные так, что самурай не смог дотянуться до них самостоятельно.
-Удачи тебе, Дракон, – сказал Куон, возвратив Хиосуке мечи.
Самурай живо кивнул.
-Мы не падем! – закричал Куон, указывая своим тетсубо на следующую башню.
Крабы закричали в ответ, в их голосах звучал триумф. Они ринулись вслед за своим Чемпионом.

* * *

Армии Краба и Единорога с обеих сторон окружили башню, которую обычно называли Пятой Смотровой. Войска Ликсуэ на юге действовали с не меньшим успехом, и теперь эта башня оставалась последним участком Стены, которую контролировала Орда. Куон понимал, что предстоящий бой будет не из легких. Пятая Смотровая Башня располагалась ближе всего к Замку Хирума, бывшей твердыне Орды. Соответственно это была самая укрепленная башня. Осадные машины Кайу с грохотом катились вперед, готовые уничтожить величайшее творение своих создателей. Войска Потерянных, огров и бакемоно отступали с яростным сопротивлением. Каждый шаг, отвоеванный Крабами, стоил жизни того или иного самурая.
Куон внимательно рассматривал отряды Потерянных, пытаясь отыскать в их строю своего брата. Его не было видно. Либо его вообще не было среди врагов, либо он отсиживался внутри башни.
-Солнце встает, мой Господин, – сказал Куни Кийоши, глядя на восток. Голос Охотника за Ведьмами был возбужденным, нетерпеливым, он почти срывался на крик.
-Сейчас? – спросила Рохитеки, стоявшая справа от Чемпиона Крабов.
-Сейчас, – кивнул Куон.
Рохитеки изящно взмахнула рукой, и тут же вокруг нее возникла аура из ками бурлящего огня. Все вокруг озарилось сиянием.
-Смотрите внимательно! – закричала шугендза, и ее голос эхом проносился над Стеной. – Смотрите на стену, что защищает Империю от Тьмы! Смотрите на порок, поразивший ее! Мы призываем силы тех, кто когда-то сражался против тьмы бок о бок с нами, мы просим вашей помощи в этот отчаянный момент! Мы призываем тех, кто когда-то носил имя Краба!
За спиной Рохитеки, начал петь Кийоши, ему вторили другие шугендза. На востоке небо зарделось ярче.
-Мы призываем Осано-Ву, Громовержца! – кричала Рохитеки. Над ней, в чистом небе, засверкали молнии. – Мы призываем Хида, Душу Гор! – Под ее ногами начали тихо вибрировать камни Стены Кайу. – Мы призываем Кисаду, Бога Выносливости! – Пламя факелов вспыхнуло ярче и теперь горело чистым белым светом. – Мы призываем Якамо! Мы призываем Господина-Солнце, чтобы выжег он ваши нечестивые тени чистым дневным светом.
Солнце полностью взошло над горизонтом, но его свет был не таким, каким его привык видеть Куон. Он был ослепительно белым, настолько ярким, что глазам стало больно смотреть даже в другую сторону. Гром рокотал над головами, земля сотрясалась под ногами. Рохитеки громко хлопнула в ладоши и начала петь вместе с остальными.
Нефритовый огонь дождем упал с небес. Прикасаясь к Крабам, он вливал в них новые силы и энергию. Прикасаясь к Орде, он безжалостно жег ее. Солдаты из легиона Потерянных закричали в ужасе.
-На штурм! – проревел Куон, указывая своим тетсубо на последнюю башню.
В едином порыве армии Краба и Единорога атаковали Пятую Смотровую Башню. Куон прокладывал себе путь к вражескому командиру, ожесточенно рубя тетсубо налево и направо. По три Потерянных падали с каждым взмахом его руки. Сверкающая броня Куона лучилась зеленым огнем Господина-Солнца, в его глазах плясала смерть. Хитоши и Рейха появились рядом с ним, образовав нечто вроде не знающего устали резца, быстро плывущего к воротам башни.

Когда башенные ворота были уже совсем близко, армии Потерянных расступились перед Куоном. Вперед вышел один самурай, облаченный в черную как безлунная ночь броню. Его глаза горели словно два угля. Казалось, он был единственным созданием Орды, кому небесный огонь не причинил вреда.
Куон узнал его сразу.
-Курода, – прошептал он. – Так это правда.
-Нет, – простонала Рейха. – Я же собственными глазами видела, как ты погиб.
-Ты бросила меня, Рейха-чан, – сказал Курода, с глухим шипением его катана вылетела из ножен. – Как и Куон, он тоже бросил меня, когда ему вздумалось атаковать Журавлей. Все вы слабы. Тебе не справиться со мной, Куон, и Стену Кайу вам никогда не вернуть. Ты не достоин быть Крабом!
-Мы слабы? – грубо перебил его Хитоши. – Посмотри на себя, Курода! Когда-то ты сражался с Ордой, теперь ты командуешь ею!
-Не отвечай на его подковырки, Хитоши, – приказал Куон, движением заставляя своего помощника молчать. – Это не мой брат. Всего лишь демон в его обличье.
-Если я демон, тогда и ты тоже, Куон, – ответил Курода. – Страх сжимает сердце каждого Краба. Не мое, нет. Я использую страх как оружие. Я и есть страх! Я – Киофу!
Курода вытянул руку, медленно раскрывая ладонь. Куон почувствовал, как волна липкого ужаса заполняет его, мертвой хваткой сжимает сердце. Тетсубо выскользнул из руки, звонко ударившись о камни. Все вокруг него, и он видел это, начали пятиться, лица людей были перекошены от ужаса.
-Вы Крабы бахвалитесь своей связью с Небесами, – закричал Курода, – но вы не единственные, кто угоден Небесам. Каждое действие вызывает противодействие. Равновесие не может быть нарушено. Я призываю мощь Девятого Ками! Я призываю Фу Ленга! Протяни свою руку и накажи детей Господина-Солнце за то, что они натворили здесь!
Зеленый огонь небес начал спадать. Луч абсолютной тьмы упал сверху и поглотил Пятую Смотровую Башню. На глазах беспомощного Куона серые камни башенной стены становились иссиня-черными.
-Пусть страх заполнит вас, успокоит вас и защитит, – сказал Курода с издевкой. – Пусть он приведет вас в безопасное темное место и спрячет вас там. Стена наша, Крабы, вы больше не нужны.
-Нет, – воскликнул Куон, доставая меч.
Благословение Хида Сукуне ярко сияло, разрывая подкрадывающуюся тьму. И сразу же стало легче дышать, страх, насылаемый Куродой, начал отступать. Куон поднял клинок и нанес удар.
Когда Курода понял, что произошло, его глаза сузились, превратившись в две щелочки. Он без труда отбил атаку Куона.
-Ты слишком мало внимания уделял упражнениям с мечом, братец, – сказал Курода, нанося ответный удар. Чемпион Крабов с трудом увернулся. – Ты же знаешь, я всегда был лучше тебя.
-Я не сдамся, – прошипел Куон, принимая удар брата на свой клинок. Брызнули искры. – Я освобожу тебя, брат.
-Странно, – ответил Курода. – Я собирался сказать то же самое.
Он сделал отчаянный выпад, демон, овладевший им, удесятерил его силы. Куон упал назад, растянувшись на камнях. Курода подошел ближе, занес меч. Куон заглянул в его глаза. Там не было ни сожаления, ни чести, ничего. Только Онису. На какой-то момент Куона охватило отчаяние.
-Поднимись, мой господин! – донесся до него пронзительный крик. – Бой еще не закончен!
Подбежал Хида Хитоши. Он встал между Куродой и Куоном. Тут же рядом возникла Рейха, она протянула Чемпиону руку, помогая ему встать. Крабы пришли в себя и, вдохновленные примером Куона, возобновили атаку.
Курода медленно подходил к трем самураям, совершенно не обращая внимания на царящий вокруг хаос.
-Ну так давайте, раз вам так надо, – сказал он. – Я – Онису, ужас во плоти. Что может сделать мне обычный самурай?
-Каждый из нас “всего лишь самурай”, брат, – ответил Куон. – Но когда мы стоим вместе, мы – Краб.
Курода остановился. Звук произнесенных им однажды слов застал его врасплох. В глазах пораженного Порчей самурая блеснул страх. Быстро развернувшись, Курода побежал прочь и прыгнул за край Стены Кайу. Куон рванулся за ним, но Рейха и Хитоши повисли на его плечах, задержали. Призрачный скакун возник под падающим Куродой буквально из ничего. Он поскакал прямо по воздуху, галопом уносясь на запад.
-Мы найдем его, Куон, – прошептала Рейха. – Мы заставим этого демона дорого заплатить за то, что он сделал с твоим братом.
Куон только кивнул в ответ.